Очерк истории греческой философии

Пифагорейская система — число и его элементы

Философия русского слова
История средневековой философии. Часть 1. Патристика
Философия
Эмпиризм и субъективность. Критическая философия Канта. Бергсонизм. Спиноза
Философия человека: от метафизики к метаантропологии
Подобно тому, как практические стремления пифагорейцев были направлены на то, чтобы упорядочить человеческую жизнь и дать ей гармоническую форму, так и примыкающее к этим стремлениям мировоззрение, руководящие мысли которого, по-видимому, исходят от самого Пифагора, имеет в виду прежде всего порядок и гармонию, в силу которых совокупность вещей слита в прекрасное целое, в космос, и которые особенно отчётливо выступают в созвучии тонов и в правильном движении небесных тел.

В качестве математиков, пифагорейцы замечают, что эта гармония основана на том, что все в мире распределено в числовых отношениях: число, по Филолаю, делает скрытое познаваемым, властвует над божественными вещами (т. е. мирозданием) и над делами людей над музыкой и ремеслом, — и не допускает лжи. В этом смысле составлено по образцу чисел.

Но для их ещё неопытного реалистического мышления это положение тотчас же превращается в иное: число есть сущность вещей, все есть число и состоит из чисел; устранить лежащую здесь неясность и приписать пифагорейцам определённое различие между числами и распределёнными в числовом порядке вещами значило бы не понимать своеобразия их воззрений.

Числа бывают чётные и нечётные, и из этих частей составлю все отдельные числа. Нечётные числа суть те, которые полагают пр дел делению на два, чётные — те, в которых этого предела нет. Отсюда пифагорейцы заключают, что нечётное и чётное, или в более общей форме, ограничивающее и неограниченное суть основные составные части чисел и всех вещей, («вещи, из которых составлен космос»).

И так как ограниченное читалось у греков более совершенным, чем неограниченное и бесформенное, нечётное число — более счастливым, чем чётное, то с этим соединилась мысль, что противоположность между ограниченным и неограниченным, лучшим и худшим проникает все на свете; и был составлен (вероятно, только более поздними пифагорейцами) список десяти основных противоположностей, гласивший следующее:

1. Ограниченное и неограниченное.
2. Нечётное и чётное.
3. Единое и множественное.
4. Правое и левое.
5. Мужское и женское.
6. Покоющееся и движущееся.
7. Прямое и кривое.
8. Свет и тьма.
9. Добро и зло.
10. Квадрат и прямоугольник.

Ввиду этой антагонистичности последних основ необходим, однако, принцип, который соединял бы противоположное, и этот принцип есть гармония, как «единство многообразного и согласование двойственного». Поэтому, если все называется числом, то можно также сказать, что все есть гармония; при этом, однако, в силу господствовавшей в пифагорейской школе неясности мысли, самое конкретное отождествляется с самым общим, символ — с выражаемым им понятием; и потому пифагорейцы не отличали отчётливо гармонию в космическом смысле от музыкальной гармонии, и вместе с тем от октавы, которая также называлась «гармонией».